ПабликСтатьи

Рождество в древнерусском искусстве

Рождество Христово — приход в мир Спасителя — одно из важнейших событий евангельской истории. Праздник в честь него, справляемый 25 декабря (7 января по новому стилю), входит в число двунадесятых, главнейших церковных праздников. Естественно, сюжет Рождества с давних пор встречается в искусстве.

Изображать Рождество Христово начали очень рано, еще первые, гонимые христиане в катакомбах Рима. И с течением времени византийское искусство выработало стойкий канон, унаследованный от него и искусством Древней Руси. 

Образец этого древнего, пришедшего на Русь канона — миниатюра конца XI века, украшающая созданное в Константинополе рукописное Евангелие.

 Константинопольское Евангелие, миниатюра «Рождество Христово», конец XI века      

Константинопольское Евангелие, миниатюра «Рождество Христово», конец XI века

Прямо посреди листа — черный проем пещеры. Но художник не ведёт зрителя внутрь, а пользуется традиционным византийским приемом представлять происшедшее внутри предмета, изобразив его вовне, перед ним. Он изображает на черном фоне пещеры ясли с младенцем. Рядом с яслями торжественно восседает Богородица. В кормушку заглядывают вол и осел — символ двух народов — иудейского и языческого, которым принес спасение Иисус Христос.
Высоко над пещерой, у самого поля миниатюры, сияет яркая Вифлеемская звезда, и сноп света от нее, падает прямо на лежащего в яслях новорожденного. Рождество не свершается внутри пещеры, оно исходит из неё, показывая значение рождения Спасителя для всего мира.
У ног Богоматери сидит погруженный в глубокую думу Иосиф. Прямо над ним, у самой вершины подымающейся над пещерой горы, поют радующиеся ангелы, печать потрясения лежит и на их ликах. А один из них, ступая по склонам, идет к изумленным пастухам, одетым в шкуры, и, простирая к ним руку, сообщает о свершившемся. Внизу две повитухи купают еще раз изображенного младенца, вводят его тем самым в круг обычной жизни и, подняв на руках, словно являют его миру. И над всем этим мерцает золотой фон, льется негаснущий свет вечности.

В дальнейшем древнерусские художники продолжали обращаться к теме Рождества.
Нам известны сейчас очень древние русские изображения Рождества Христова. До уничтожения фашистами знаменитой новгородской церкви Спаса Нередицы была цела написанная в ней в XII веке фреска на этот сюжет.

 Фреска Рождество церкви Спаса Нередицы, XII век

Фреска Рождество церкви Спаса Нередицы, XII век

Есть «Рождество Христово» и в созданных тогда же росписях псковского Мирожского монастыря, сохранившихся до наших дней.

 Росписи Мирожского монастыря, XII век

Росписи Мирожского монастыря, XII век

Замечательное изображение этого сюжета, выполненное золотой наводкой на меди, есть и на Златых вратах XIII века из Рождественского собора в Суздале.

 «Златые (Золотые) врата» Рождественского собора в Суздале, XIII век

«Златые (Золотые) врата» Рождественского собора в Суздале, XIII век

Как можно видеть, на протяжении нескольких веков мастера-иконописцы следуют в изображении Рождества тому же канону, что и миниатюра константинопольского Евангелия XI века. Эти древнейшие русские изображения Рождества Христова пронизаны духом торжественной, величавой тайны. В дальнейшем Византийский канон в своих главных чертах всё также оставался неизменным во всех русских изображениях Рождества Христова, но на его основе русские художники открывали новые грани интерпретации этого евангельского события. Особенно ярко эта новизна видна в произведениях XV столетия, среди которых безусловно выдающееся место занимает икона «Рождество Христово», созданная в начале этого века московским мастером, принадлежащим к кругу Андрея Рублева, и находящаяся сейчас в Государственной Третьяковской галерее.

 Икона «Рождество Христово», московский мастер круга Андрея Рублёва, XV век   

Икона «Рождество Христово», московский мастер круга Андрея Рублёва, XV век

В центре иконы снова черная пещера, над которой сияет Вифлеемская звезда. Но в пещере только ясли со спеленутым младенцем и заглядывающие в них вол и осел. Развивая византийский принцип изображения внутри предмета, художник изображает ложе с лежащей Богоматерью даже не на фоне пещеры, а прямо перед входом, выносит его в центр композиции. Мария воспринимается здесь как главная участница события. Она не потрясена происшедшим, а погружена в задумчивость —размышления о случившемся, об уготовленном её Сыну грядущем.

Вскоре, в том же XV веке, Богородицу возлежащей на ложе перед входом в пещеру стали писать художники Новгорода, Твери и Пскова. Такой прием, делающий Богородицу центром иконы, стал признаком самостоятельного канона, появившегося в древнерусской живописи и ставшего со временем основным. Также в этом каноне обязательно находилось место пришедшим поклониться волхвам. Иногда изображался их путь к младенцу на конях «по звезде», иногда они писались уже прибывшими.

Во всех этих произведениях, как бы ни отличались они друг от друга, всегда звучит тема того просветления, которое несет миру Рождество Христово, впервые так полно прозвучавшая в живописи во времена Андрея Рублева.

Кроме этого канона, в древнерусском искусстве существовал еще один вариант изображения Рождества Христова. Дело в том, что в Евангелии рассказ о рождении Иисуса Христа и о поклонении ему волхвов тесно сплетен и дополнен рассказом о неудавшейся попытке царя Ирода погубить младенца Иисуса. Еще в глубокой византийской древности сложился извод, получивший особенно широкое распространение в русской живописи конца XVI—XVII века, где собственно Рождество Христово, входящие в него обычно действующие лица и эпизоды составляют лишь ядро изображения. А вокруг этого ядра располагаются почерпнутые из Евангелия и апокрифов эпизоды о неудавшемся замысле Ирода погубить новорожденного Иисуса Христа, о том, как с помощью вышних сил удалось спасти эту только что начавшуюся и такую драгоценную для людей жизнь. В XVII столетии такого рода изображения были в стенописи ярославских церквей, в московских, поволжских, северных иконах.

 Икона «Рождество Христово» из Христорождественского собора в Каргополе Архангельской области, вторая половина XVI века

Икона «Рождество Христово» из Христорождественского собора в Каргополе Архангельской области, вторая половина XVI века

Событие Рождества полагалось в древности столь важным, что вслед за праздником Рождества Христова идут в церковном круге два праздника, посвященные участникам этого события. На следующий день после Рождества справляется Собор Богоматери, где прославляется Богородица как родившая Спаса. А еще через несколько дней поминаются «младенцы, убиенные в Вифлееме». Но не только в церковном кругу, но и в народном фольклоре нашла своё отражение тема Рождества. Вечером накануне праздника исполнялись песни-колядки, где поминались и волхвы, и пастухи, и праведный Иосиф. Именно «разыгранные» события Рождества легли в основу самобытного славянского народного театра.

Прекрасные древнерусские образы Рождества Христова ставят всех нас—и тех, кто обращается к ним в храмах, и тех, кто знакомится с ними в музеях и по книгам — в единую цепь постигающих таинственную суть этого события. В ту цепь, в начале которой стоят волхвы и пастухи, пришедшие почти две тысячи лет назад на пастушеское поле под Вифлеемом.

(по монографии Н.А. Барской)
подготовила искусствовед К.И. Подлипенцева